Записки от нечего делать

После праздников
Вечера такие нежно-голубые, будто всё - небо, снег, деревья и даже серые панели домов - прополоскали в подсиненной воде.
Елка стоит потерянная - и игрушки еще на ней, и огоньки по вечерам так же вспыхивают… - но она словно Золушка после бала, у которой в руках и остался один только хрустальный башмачок.

Улицы
Морской проспект. Летом все спешат по нему - к морю, к морю… Обскому.
Детский проезд. Цветной проезд.
Академическая улица - липовая аллея.
Улица Ученых - аллея вязовая. Утешает - хоть не дубовая. Короткая - домов десять, зато на ней и магазин, и школа… А последний дом стоит над самым оврагом…
Улица Жемчужная пересекает Морской проспект. Осенью на дорожках желто от осыпавшейся хвои лиственниц. И вся она - простор глазу.
Проспект Науки (ныне Лаврентьевский). Институты, институты… Возле ИЯФа каждый год цветут пионы. А Полупроводников полуотвернулся - и крыльцо у него уголком. А на лавочке так хорошо сидеть теплым летним вечером…
Университетский проспект. Вокруг лес. Насажанный - деревья по стойке смирно.
Золотодолинская улица. И березы, и рябины. А весной душно от яблоневого аромата. Нет, не весной, летом уже… У яблонь - розовые цветы. Их так в шутку и зовут "сакуры".
Терешковой (каким чудом залетела к нам?) - свечки девятиэтажек.
Пироговка - беспорядочная россыпь общежитий. Студенческая… И бардак не только в застройке.
Ильича. Еще один проспект. Наш "Бродвей" и "Арбат" в одном лице. Картины на ступеньках кинотеатра, поделки - берестяные заколки, глиняные свистульку, деревянные бусы… И интересно поговорить с людьми, которые стоят рядом… если насмелишься…

А в городе есть улица Шарикоподшипниковая. Как утомительно, наверно, писать каждый раз на конверте - Ша-ри-ко-под-шип-ни-ко-вая...

Летом, на репетиции "Макбета"
Наш режиссер попросила дать ассоциации на Шотландию - "первоэлементы сущего". Мы стали называть "трава", "камень", "вода". А одна из нас сказала: "сталь". И это было удивительно верно!

17 января
Сегодня такой мороз, что даже небо побелело от холода - светлое. Хотя солнце сияет вовсю, из последних сил!
А где-то идет война… И в это трудно поверить в такой день…
Я перестала что-либо понимать… По радио каждые полчаса передают военные сводки о боях, о гибели людей, а в перерыве между ними играет веселая эстрадная музыка.
Мир сошел с ума?
Или потерян обычный такт? Сердечный…

Ночная молитва
Господи, дай нам надежды на каждое утро, силы на каждый день, радости на каждый вечер, покоя на каждую ночь. Господи, избавь нас от обыденности каждого утра, тревог каждого дня, сомнений каждого вечера, страхов каждой ночи. И да пребудет с нами вечно любовь Твоя. Аминь.

Война
Ни одна война не нужна народу. Даже освободительная… она ведь, как правило, следствие войны завоевательной. Война всегда порождает только войну. Ею не завоевать мира. Никогда. И даже если дело можно было бы решить миром, после начала военных действий уже невозможно это сделать. Поскольку абстрактная ненависть к гипотетическому противнику сменяется реальной - к реальному человеку, одетому в военную форму. И потом ненависть становится уже глубинной, когда ненавистен язык, обычаи и само присутствие людей, которые раньше если и не были друзьями, то, по крайней мере, были добрыми соседями. И воюют уже не только солдаты, а народы - и на ином, "ментальном", что называется, уровне.
И хотя свобода - это право всех, и людей, и народов, ограничена она, как известно, лишь таким же правом на свободу другого человека или народа. И ни одна война не нужна ни одному народу, ибо проигрывает всегда он. Поскольку начинает войну не он…

И снова о ненависти
Образцом мудрости был для меня всегда Махатма Ганди. Да, "движение непротивления" было основано отчасти на ненависти к завоевателям. Но ненависти, которая духовной своей силой вытолкнула англичан из Индии, как пробку из бутылки.

Ремонт
Ремонт (как впрочем, и переезд) позволяет сделать в своем доме кучу интересных открытий. Находятся вещи, давно и безнадежно потерянные, иной раз понимаешь, что без каких-то вещей ты и вовсе можешь обойтись и расстаешься без сожаления, хотя в другое время тебя мучили бы сомнения.
Наконец, дом приобретает другой вид - и твоя душа наполняется ожиданием чего-то нового… Ведь не может не измениться твоя жизнь, раз вы передвинули шкафы, а вместо надоевших коричневых обоев наклеены теперь белые… Обязательно что-то изменится!
Но проходит год за годом, ничего не меняется. И ничего не остается, как начать очередной ремонт - чтобы сменить эти посеревшие от времени и пыли обои… и снова надеяться на лучшее…

Издавна…
Издавна мечтала жить в комнате с белыми обоями. И чтобы на стеклянном столике и на полках (книжных) стояли высокие керамические вазы с сухими цветами.

Март
Снег едва начал таять, и ноздреватые его поры напоминают грязные утесы известняка.

Молодая девушка
Он не в ее вкусе - у него нет ни квартиры, ни машины.

Начало апреля
Загородное шоссе. С одной стороны - бежевая трава, сухая и пыльная. "Индустриальный" пейзаж - линия электропередач и трубы погребов с крышечками-конусами. Как в плохом фантастическим фильме… Но все пахнет весной.
А в лесу - на другой стороне - плотными покровами лежит все еще белый снег. Зима.
И граница между зимой и весной - загородное шоссе.

Пасха
Быть христианином - это скорее куча обязанностей в обмен на сомнительное для многих право - право бессмертия. Но бессмертие обещают и многие другие религии. Еще эллины утверждали нам, что за Стиксом мы непременно встретим всех, кого знали и любили. (Но сколь уныло это царство Аида!)
Христианство дает право тоже на бессмертие, но бессмертие деятельное. Но, чтобы действовать за гранью этого мира, надо научиться действовать здесь и сейчас, причем в русле угодном Богу. А Он у нас любит творить. Добро, миры… И все наши обязанности подчинены творчеству. "Не убий, не укради" - ибо творчество и злодейство несовместны. Ну и далее по тексту. Истинное христианство - религия творческих людей, творящих добро, в надежде творить миры…

Из старого дневника
Кто может сказать, как возникает творческий порыв. Почему ты то два месяца не можешь сесть за стол, а то вдруг ни с того, ни с сего хватаешь ручку и начинаешь писать, писать, писать. И невесть откуда берутся слова, те, которые вроде и не твои даже. А потом всё уходит, и на душе радостная опустошенность. Пусто и радостно. И немного страшно - а вдруг это больше не придет?

Что вызывает тоску по дальним странам
Запах полыни. Водопад - по телевизору.
Горсть ракушек, привезенных подругой с моря. Или пачка цветных фотографий - но не с людьми.
Аэропорт, особенно в солнечный день.
А в сумрачный - особенно осенью, и всю неделю дожди - обычная реклама, нет, скорее даже музыкальная заставка к ней, где понимаешь одно только слово "El Corazon". "Сердце, скажи мне, сердце…"
Незнакомые улицы - широкие площади! - в родном городе.
Первый день лета.

Фонтаны
Возле ТЦ - главный. Раньше он был скрыт за кругом кустов, колючих и пышнорастущих. Пробраться к фонтану можно было лишь по незаметным почти тропкам, низко наклоняя голову, и в этом было что-то от тайны. В кустах вечно сновали дети и воробьи. Высокая блестящая струя летела вверх, и на зеленых листьях мерцали капельки воды. Теперь кусты повырубили, и фонтан будто раздели. И струя бьет ниже, и детей вокруг меньше.
Второй фонтан перед "девятиэтажкой". Вокруг не кусты даже, а чаща a-la "Спящая красавица". Перед магазином вечно шумно, и звук журчащей воды слышен только вечером, когда опускаются сумерки, последние покупатели покидают стеклянное здание и уборщицы моют полы.
Третий фонтан - "технический" - за институтом экономики. Он - словно заключенный, за решеткой. Можно часами стоять и смотреть, как льется из ржавой трубы вода. Говорят, правда, что мальчишки научились преодолевать и это препятствие, ибо вода в фонтане теплая, после охлаждения моторов.
Есть большие фонтаны за институтом полупроводников. Огромные шары воды, блеск алюминия. Но пешком туда далеко.

Подарок
Самый дорогой подарок - тетрадь со стихами. Поскольку она - словно снятые с души покровы. В прозе мы еще можем притворяться не теми, кто мы есть, но в стихах - простите! - нет. Это самые точные движения твоей души, или стихи получаются плохие.
Я раскрываю тетрадь, данную "на почитать на вечер", и понимаю, что меня подпустили ближе… возможно, мы станем друзьями… но мысли эти так же неуловимы, как строчки стихов в тетради… и их не хочется выражать словами…

28 апреля
Третий день метет пурга, и, кажется, что "лето отменили"; будет только осень и снова зима, - надоевшая, сил нет. Но вдруг выглядывает солнце - и на душе легко: нет, всё же весна. Солнце высоко.

За Домом Ученых
Широкая площадь. Выбитые плиты; сухая трава, высокая и нетоптаная. И недавно посаженые деревца… туи? Да, кажется, туи; такие странные здесь, рядом с белыми светящимися, будто вымытыми березками. Зелены только они; да еще первая трава - непривычно свежая; да кусты можжевельника - темно-зеленые, с высохшими кое-где ветками, рыжими, словно накладная борода боярина в провинциальном театре. А туи - ничего, вынесли морозы… хвоя у них словно болотного цвета парча, прошитая тусклыми золотыми нитями.

Не люблю…
Не люблю людей, знающих себе цену. Они так боятся продешевить.

Из старых дневников
"Ignagia est jacere" - "гнусно - бездействовать". Больше всего меня раздражает, когда люди боятся что-либо сделать из опасения - "как бы чего не вышло". И обычно тогда-то и бывает хуже…

5 мая
В лесу лежит грязный снег - кубами, словно остатки ледникового периода. Или предвестника его. Забросан хвоей, мхами, перепревшей листвой - словно спрятался под лохматой шкурой.
Верба - пушистая, как кошачьи лапки, и такая же теплая. Даже на ощупь.
А ночью - поздним вечером - над верхушками голых еще деревьев - словно черные линии на синей бумаге - двоится звезда в дымке. Шаг - и сияет ровно и одиноко. Еще шаг - опять двоится. Кто нынче пьян? Я или воздух?

Несовпадения
"Мы выбираем, нас выбирают…" Мужчины живут предстоящими выборами. Женщины - весной, детьми, огородом… любовью мужчин. Но мужчины сейчас живут выборами.

Воспоминание
Вы верите в дружбу между мужчиной и женщиной? Вы ничего не знаете ни о мужчинах, ни о женщинах. Дело, по обыкновению, разрешается разрывом или алтарем.
Или сказанным - просто: "Сестренка…"

Еще одно
Когда-то мне сказали: "Что бы ни случилось, и с кем бы вы не были, но он всегда останется у тебя, а ты - у него".
Прошло время. И я уже не та… И он ушел туда, откуда не возвращаются, где только ждут, желая, чтобы пришли как можно позже… Но он остается со мной, а я - с ним. И это выше любви, больше дружбы. Мы просто брат и сестра.

Книги
Самая первая - "Приключения Одиссея", переложение для детей. С тех пор в мифах Древней Греции не путаюсь - герои их живые для меня.
Потом пошло-поехало. "Три мушкетера", "Остров сокровищ", "Последний из могикан", "Таинственный остров" - джентльменский набор.
А с пятнадцати лет - Франсуаза… "Немного солнца в холодной воде"… Сердце щемит. В зеркале - зареванные глаза. "Джейн Эйр", Джейн Остин - набор истинной леди. Ну и, конечно же "Челыкушу"… Ах, птичка певчая! Позже - Машка Стюарт. Самоирония и нежность…
И где-то там в отрочестве - Крапивин с "героями нашего времени". Логичное продолжение и "Мушкетеров" и "Островов"… Но здесь! Сейчас! Твои сверстники! Если бы…

Индия
Детство было пропитано Индией. Началось, как ни странно, с "Капитана Немо" - "Послушайте, вы, представитель цивилизованного мира!" или "Среди ваших апостолов тоже был предатель." И ощущение другого мира.
А потом… Толстый оранжевый том, истрепанный по корешку. "Три великих сказания Древней Индии". Позже - и Тагор, и Неру. До сих пор не могу смотреть или читать об Индии без душевного трепета. Хотя и не ищу специально, но…
Как ущемляло меня когда-то сознание того, "что индусом нельзя стать, им можно только родиться".
А в театре ставят Калидасу. Нельзя стать? Посмотрим… Хотя бы на время - спектакля.

Что мешает уснуть
Вода, капающая из крана. Размышления о предстоящей поездке. Обрывки популярной песенки, которые крутятся в голове.
Надсадный кашель близкого человека, когда он болен.

Пастель
Мои попытки рисовать обычно заканчиваются перепачканными пальцами, парой-тройкой испорченных листов ватмана и какой-нибудь картинкой, которую я, по обыкновению, задариваю.
И отсутствием желанием снова сесть за рисование примерно на год.
Но вот я открываю узкий деревянный пенал, где ровными рядами лежат - нежно-голубой, малиновый, кирпичный, синий цвета вечера, синий цвета ночи, просто черный и угольно-черный, пушисто-желтый, оранжево-летний, зеленый первой травы и зеленый середины лета… Достаю белый лист и…
Снова мыть руки…

Ожидание
Когда ждешь - всё подчинено этому. Ты читаешь книгу не потому, что хочешь ее прочитать, а чтобы убить время. И постоянно возвращаешься глазами на один и тот же абзац. И все твое тело подчинено ожиданию - уши прислушиваются к хлопанью дверей в подъезде, глаза ищут - нет ли чего в почтовом ящике, руки - нервно теребят какую-то тесемку. Час проходит за часом, день за днем… И когда ждать перестаешь - телефонный звонок или: "Тебе письмо - там, на журнальном столике".
Но хуже всего ждать на улице - особенно если вы с подругой договорились на пять, а уже полшестого, нет, еще двадцать минут… Высматриваешь в каждом прохожем знакомый силуэт… А погода - отличная, а небо - синее, и главное, безоблачное, но не радует. Вот и полшестого. Ах нет, двадцать пять… еще пять минут, и ты пойдешь одна. И… "Привет!" - "Привет! Дочку отводила к маме. Ну, пошли?"

Весной…
Весной всегда с особым нетерпением ждешь первой зеленой дымки над лесом. И вот этот день наступает…

К работе над "Паломничеством в страну Востока"
Уже позже осознаешь самую глобальную мысль произведения - отношения Творца и творения. Упрек ли?
Приятель хорошо сказал: "Любое творение есть эволюция его создателя".
А Братство есть. Как бы ни пытались спутать его с воинствующими анабаптистами, кришнаитами, сахаджа-йогой и пр. пр. пр. Оно шире их всех, и включает в себя их всех. Но только тех, в то же время, кто умеет мыслить шире, нежели как отдельная группа, претендующая на исключительное познание истины только ею. Истина может быть едина и многолика. Как Бог.

У моря
В голубой воде серыми грязными пластинами лежит лед. И песок еще серый от сырости. Березы - серая заштриховка веток поверх белых стволов, как и в апреле, и в марте. Но солнце - жаркое, совсем по-летнему покрывает бронзой стволы сосен. И трава - с широкими лопастями листьев.
Решительно отворачиваешься от моря и гостишь в лете.
А к вечеру видишь, что лед отнесло далеко уже в море… И песок приобретает свой обычный лимонно-бежевый оттенок.

Запахи, что волнуют сердце
Весной и осенью - запах дыма костра. Жгут листья. Дымка… Весной - предчувствие лета. Осенью - острая тоска по нему.
Перед новым годом - запах мандариновой кожуры и, конечно же, хвои.
Пекущегося хлеба. Или большого - на лист - пирога с картошкой и рыбой. Тоже очень волнительно!
Духов, которые были у тебя когда-то, и кончились, и забылись. Но вот кто-то дарит тебе такой же флакончик, не подозревая, что дарит тебе воспоминания, и давний сентябрь, и крутую лестницу наверх, и прогулку по ночному городу, и тебя - на столько лет моложе.
Летом - скошенной травы.

Больше всего…
Больше всего мне жаль черепаху, перевернутую на спину.

События
События сыплются неудержимо, как драже из случайно перевернутой коробки. Они рассыпаются, разлетаются, ты подхватываешь на лету, ловишь на полу, собираешь обратно в коробку. Остается незамеченной лишь одна крохотная оранжевая горошина, закатившаяся за ножку кресла. Может быть, самая главная?

Оркестр
Флейта - это дождь. Барабан - солнце. Скрипка - утро, а контрабас - вечер. День - фортепиано, и ночь - клавесин.
Труба - это гроза. А литавры - засуха.

День в пастельных тонах
Сумрачно. На белом листе неба перемешаны голубой туман дождя и зеленый - леса. Через несколько дней всего краски станут ярче и линии четче.
В такие дни хорошо включить "Европу плюс" или что-то такое же пестрое и бездумное, и думать о наступающем лете.

"Новые веяния"
Первое, чему учат маленьких детей - разговаривать по телефону. В трубке слабо слышный - прижата к ушку, и между микрофоном и подбородком целая пропасть - голосок: "Тетя Нина, здаствуй. Как тебя зовут?"

Цивилизация
Первый признак надвигающейся цивилизации - постепенная атрофия сильных чувств. Прогресс, комфорт, цивилизация - вы чувствуете, как бесконечно противоположны они страсти, ярости, неистовости? Цивилизованным человеком не должны править чувства. "Ladies don't feels" - один из девизов Британской империи. Не проявлять чувства - значит со временем и перестать чувствовать.
Мы не способны даже страстно любить, не говоря уж о том, чтобы страстно ненавидеть.
Закат Рима. Закат Европы.
Чувства, как обычно, сильнее?

Из старых дневников
"Knowledge is power" переводят как "Знание - сила". Но "power" еще и власть, что отнюдь не одно и то же.

Вернувшись с вечеринки
Вернувшись с вечеринки, радостная, вдруг понимаешь, что день этот прошел безвозвратно, и пытаешься продлить его, засидевшись за полночь. Раскладываешь большой пасьянс, он позволяет, как и вязание и вышивание, думать обо всем и ни о чем - и все же мысль на краешке сознания отравляет: "День этот ушел и не вернется".

Дороги
На дачу. Надоевшая настолько, что летом даже не хочется гулять по дорожкам, ведущим туда. Но весной… Мимо пятиэтажек по гравийной вдоль перекопанных клумб (интересно, что в этом году посадят?), по асфальтовой - кусты барбариса скоро вытеснят пешеходов. Мимо магазина - не забыть купить хлеба. По пустырю за институтами - на миг задержаться у фонтана. Поле - летом занимаюсь ботаникой (опять забыла, как называется та травка), ныряю в сосновый лесок, и дальше все по лесу да по лесу. Тут уже устаешь смотреть по сторонам - скорей бы добраться до железных ворот. Но больше всего люблю сосновый лесок - особенно по дороге обратно. Скоро дом.
На репетицию. Здесь важен не результат, а процесс. Осенью темнеет рано, идем при свете фонарей. Легкий морозец. Вниз по Золотодолинской, постоять на перекрестке, и снова круто вниз, мимо - рябинки, липы. Когда падает первый снег, гроздья рябин, словно румяные лица в белоснежных колпаках. Крутой склон. Мимо "девятиэтажки" - уже скоро… Если не в университет - а иначе еще очень долго по проезжей части вдоль соснового бора. И когда совсем уже замерз - родной "козырек" лабораторного корпуса. В аудитории не теплее - но согреваешься…
И обратно. Зимой - сплошное снежное сияние и сверкание, плохо утоптанная дорога, да все вверх и вверх. Иногда так хочется завернуть в детский садик - и калиточка приглашающе открыта. Но… холодно. Да и страшновато. Домой доползаешь совершенно застывший, и долго отогреваешься чаем в "теплой компании". Что-то сегодня показывали по телеку?

Что лучше?
Любить или быть влюбленным? Быть влюбленным - это быть свободным. Решение всегда за тобой. Уйти или побыть еще немного в этом волшебном мире? Или улететь за новой мечтой?
Любить - это цепи страшнее каторжных.
Влюбленность же подобна весенней бабочке, перепархивающей с цветка на цветок, веселой и недолговечной.
Хуже всего - быть любимым и не любить.

Любовь
Любовь - это не самоотречение; это отречение от всего остального мира. Иногда бывает страшно… - полюбить? и отказаться от нежных улыбок и случайных взглядов с незнакомым человеком где-то на пересечении маршрутных автобусов или в гостях?
Любовь - это аскеза. Тем, кто не любил, непонятно - что же там?.. В этом любовь похожа на смерть - неизвестно, что там, за той гранью?

Лес. 19 мая.
Легкий газовый палантин он сменил на кокетливый маркизетовый шарф. Потом придет пора блестящего шелка. В июле лес оденется в темный атлас.
Так и меняет лес одежки, дожидаясь осени с ее цветастым крепдешином.

Встреча
Он долго подавлял своим басом, своим авторитетом, своим уверенным и властным тоном. Но вот он зашел - такой невысокий, и стало ясно, что никогда больше он не будет подавлять своим басом, своим уверенным и властным тоном.

Странно…
Странно устроены люди: одни - идут, другие - мечутся.

Убеждение
Читая очередную "эзотерическую" книжку, - которую так и хочется назвать "истерической" - вдруг прихожу к простому убеждению.
Как ни были бы различны люди, их религиозный или мистический опыт, их языки или их мысли, но то, что понял один человек, всегда может понять другой.
Если у него есть желание…

Промелькнувшая мысль
Не дай Бог остаться вдовой великого человека!..

В конце мая
Черемуха - недавно еще полураскрытые кулачки соцветий, а сегодня, словно бритвенные измочаленные помазки, и белые точки усыпают асфальт.
Вечернее солнце пронизывает откуда-то снизу зелень сирени. И насквозь пронизана солнцем ползущая медленно гроза, не то синяя, не то темно-сиреневая.
Ночью от грозовых туч так темно, что, открыв глаза, пугаешься - не ослеп ли? Только бледные проемы окон, да случайная машина, как прожектором, длинным желтым лучом осветит зеленый циферблат часов на полке, старую вазу, смятую одежду на кресле. И снова - черная пропасть грозовой ночи. А высверки молний уже далеко.
Первому комару все-таки рад.

Цветы
Первой вылезает медунка. Она и на цветок-то не похожа: странное существо, одетое в бурую шубку, с синими и сиреневыми глазами.
Первоцвет тоже мохнат. Хотя он появляется раньше, из-за редкости своей отдает "право первородства" медунице. Именно ее цветение сообщает всем о приходе весны.
А мышиный горошек докладывает нам о прибытии лета. Франт и щеголь с закрученными усами.
И где-то между ними - на границе предлетья - ярко зацветают жарки, они же огоньки, она же купальница. Ну любит, любит она влажные низины - у каждого ведь свои вкусы.
Еще майские цветы - одуванчики. Но они такими обширными желтыми лужами заливают газоны, что о них и упомянуть забываешь. А на скамейках, асфальте и где только можно валяются увядшие почерневшие венки. Ибо век одуванчикова венка недолог.

Иногда хочется…
Иногда хочется разбить вазу, перекрасить волосы, бросить работу, хлопнуть дверью!
Надоедает однообразие.

Еще одно убеждение
Единственная настоящая схватка со смертью - это любовь.
И не надо сводить ее до уровня половых или семейных отношений.

И снова о дорогах…
Прогулка по "Бродвею". Напрямик через лесок Дома Ученых, или в обход - по той же Золотодолинской и по Морскому, вдоль "каменной стены" - очень "романтичное" сооружение в стиле крепостных укреплений раннего средневековья.
Возле кинотеатра - лотки с книгами, не пропуская ни одного и… не удержавшись, лезешь-таки в кошелек. Мельком взглянуть на картины. Пейзажи, пейзажи… Оригинального мало. Да вовсе нет. Цветочный ряд: весной - нарциссы, в июне - пионы и тюльпаны, в июле - в глазах пестро от обилия и разноцветья гладиолусов. Розы - всегда. Не купить ли? С получки - обязательно. В киосках - вино и шоколад. Надоел. "Поганка" - местный ресторан, в самом деле, круглый, как гриб. Хотя, возможно, название получил по другой причине. Сие сокрыто временем…
По Торговому Центру гуляешь, как по музею. Хорошего мало, зато любопытного… Особенно интересно ходить по мебельному отделу. Не "Велмарк", конечно, но…
На улице жарко, даже фонтан хочет пить.
Мимоходом в гастроном - хлеба на ужин, яблоки. Книжный магазин - на книги смотреть уже не хочется. А вот и киоск с мороженым - в сотый раз не покупаешь "Шампаньбрюс"… хотя перепробовала уже все. Можно дойти до почты, посидеть на лавочке - мирное местечко, только постоянно хлопает дверь почты да щелкает почтовый ящик. Береза - роскошная - за зеленой крашеной оградкой с претензией на барокко.
Но спокойнее всего на террасе гостиницы "Золотая долина" - на деревянных скамьях, наполовину занятых ветками кустов. Если повезет - можно купить стакан сока. До университета дойти сил уже нет.

Новые горизонты
Сумасшедший интерес ХХ века к сказкам, преобразованным в "фэнтэзи", массовые увлечения областью бессознательного, "путями шаманов" можно объяснить только одним…
Человеку стало тесно на Земле.

Два верных признака
Руки стремятся случайно встретиться.
Руки боятся случайно встретиться.

Задачка
Попробуй сосчитать количество оттенков зеленого у весеннего леса?

Последний день весны
Длинная липовая аллея. Досадливо морщишься на донесшийся откуда-то запах черемухи - терпкий, и по-новому незнакомый - нет времени постоять, полюбоваться…
Спешишь в церковь - настроившись. Платок на голове. Полна благообразия. Но стаи комаров убивают всякое религиозное чувство. И чуть ли не чертыхаешься, подходя к святому месту. Стоя на деревянном крылечке, мечтаешь об одном - скорее уйти обратно.
И платок на голове так спасителен.

В гостях
Современная аппаратура - видео, аудио, телефон с автоответчиком.
И мебель… Старая, очень модная в конце 70-х. Кубы и квадраты темной полировки. Настолько родная - похожая стоит и в твоем доме, и у подруги. И еще в сотнях домов.
И это как-то примиряет с современной аппаратурой.
И томик Пристли на журнальном столике…

"Шоколадом лечить печаль…"
Хорошие шоколадные конфеты в самом деле лечат любые горести. Особенно, если покупаешь их не сама.

Два фильма о любви
Соловьева "Мелодии белой ночи" и (да простят меня блюстители нравственности, но этот фильм о любви!) Кинга "Дикая орхидея" - первая, конечно.
Если первый - минор, полусумрак, дождь, нежность полувздоха… И два города - Ленинград и Киото - едва ли не главные герои. И еще и музыка…
Второй - мажор, блеск, солнце, ярость полувскрика. Кингу удалось поймать то же, что и Амаду - жизнь.

Перед выборами
Для многих кандидатов как будто бы важен принцип: "Главное - не победа, главное - участие".

Компьютер
Компьютер напоминает мужчину. Сначала ты с нетерпением ждешь его. А когда он наконец появляется в твоем доме - то надоедает меньше чем в неделю.
И столько же проблем - то не может, а то и не хочет работать.

Интернационализм
Интернационализм - дело тонкое. То, что у нас долгие годы объявлялось оным, таковым на самом деле не являлось. Ибо под фразой "все народы равны" подразумевалось "все народы одинаковы". Сие - вульгарный интернационализм, чтобы не сказать порочный. Ибо все народы разные, и поэтому равны - по тому принципу, по какому равны дуб и ясень, белка и кабарга, лютик и роза.
Шовинизм - это оторванность от природы, от земли, от нормального разума. Ведь никто не спрашивает: "Кто выше и лучше - хвощ или пастушья сумка? Зверобой или золототысячник?" Природе нужны все и всё.
Кстати, отличите ли вы зверобой от золототысячника? И найдете ли на лугу серенькую пастушью сумку?
И что вы знаете о соседях своих по Земле?

Возвращаясь к той же теме…
Вы спросите возмущенно - как можно сравнивать народы, людей и какую-то там траву? Простите, но я снова о Гармонии…
Человек, который выделяет людей из великого круговорота жизни, потом вполне может начать выделять свой народ из числа других народов. Возможно, это напоминает старый анекдот: "…а завтра ты Родину предашь!" Но человек, убивающий из забавы зверей, в самом деле Родину предаст легче.

Звуки, что волнуют сердце
Зимой - скрип снега под чьими-то шагами, ночью уже, под самым окном.
Весной - шум первого дождя под утро.
Летом - лай собак на заре.
Осенью - шум дальней электрички поздним вечером, в сумерках. Лес потерял листву, и звук разносится далеко.
Днем звуки сливаются, не отдельны один от другого. Слух редко выхватывает что-то необычное.

Начало лета
Июнь нынче дождлив. За окном - зеленое марево. В комнате невозможно ни читать, ни писать, не включив верхний свет. И это странно сближает лето с зимой.
Одно утешает - выходя на улицу, накидываешь только плащ.

9 июня. Звуки.
В кустах скрипит птица с монотонностью качающихся качелей. В соседнем дворе глухо лает собака. Вслед за ней рядом взрывается другая.
Бежит ребенок - сандалеты стучат по асфальту, словно выхлопывают ковер.
Шум машины вдалеке - как звук штормовой волны.
Тонкое раздражающее зудение комара над ухом.
Перестук каблучков по асфальтовой дорожке. "По асфальту мимо, мимо - два точеных каблучка…"

Цветы в вазе
Первые - одуванчики - ставят в белую керамическую.
Жарки - в вазу изумрудно-зеленого стекла.
Нарциссам пристало стоять в высокой хрустальной. Ирисам - в хрустальной же, но низкой.
Летние полевые ставить лучше в вазу глазурованной глины, темной, как земля, и блестящей, как гладь воды. Но ромашки лучше смотрятся в глиняной необожженной, шершавой и пузатой.
Гладиолусы - в высокую, стеклянную, обычную и незаметную, чтобы и вовсе забыть о ней. В высокую же ставят пионы - но я их не люблю.
Тюльпаны любят вазы узкие и однотонные.
И лишь розы… розы хороши везде.

На телевизоре…
На телевизоре совершенно японского стиля композиция. Высокая хрустальная ваза с плотно сбившейся стайкой нарциссов, которые выглядывают из-за головы друг друга, и рисунок золотистой китайской джонки на черной старой вазе лакированного дерева, словно присевшей на корточки. Торчит из-под оной газетный лист.
Остается только дать соответствующий девиз и отправлять на конкурс.
А всё оттого, что некуда вчера было поставить цветы.

Ассоциации к "Слову". Работа над спектаклем. Клип
…Окно деревенской низкой избы. Под ним на лавке какие-то овощи - то ли горох, то ли репа. Притихший двор. Тень, ползущая по земле. Полумрак. Тревожно лают собаки, квохчут куры, всеобщая паника животного мира. В небе - черный круг, закрывший солнце.
Степь. Пологие холмы, покрытые нежно-серо-голубой травой. Тишина. И вдруг - словно включили - за дальним холмом звук знаменного хлопа, крики людей, ржание коней, лязг оружия, словно железом по стеклу.
Бок коня, пробитый стрелами. Жужжание мух.
Колонок, бегущий по ночному лесу.
Луговая поляна у реки - без цветов - под перезвон колоколов…
Возможно, ассоциации слишком прямые. Впрочем, еще одна - прямая.
Парчовые ткани полосами в осенней дорожной грязи.

Воспоминания о Питере. 1989
Осень. Деревья уже облетели, но газоны еще зелены.
Александровский сад. Понятно, почему его называют иногда - "Сашкин садик". Ходьбы в нем из конца в конец - пять минут от силы.
По аллее медленно идет женщина. Рядом так же медленно движется детская коляска, толкаемая ее двухлетним хозяином. В руках у женщины - "Осип Мандельштам. Стихотворения" в мягкой обложке.

Фразочка для газетной статьи
Лето было безнадежно испорчено выборами.

Католицизм и протестантство
Цель первого - поднять человека до уровня Бога.
Цель второго - объяснить Бога до уровня человека.

Подозрение
Иногда мне кажется, что на Страшном Суде нас будут судить не по добрым и злым делам, а по умным и глупым поступкам.

Середина лета
Пышные тучи похожи на охапки белоснежной ваты.
Под ноги слетел желтый березовый лист.
На стене сидит усталая зеленая бабочка.

Нигде…
Нигде нет таких закатов, как над Обским морем. В небе странная смесь сиренево-розового, нормально-голубого, рваных сизых туч, местами - желто-солнечного, и почему-то цвета первой листвы - такого желто-нежно-зеленого. Интересно, знаменитый "зеленый луч" того же оттенка?
И завершается всё - сине-багровыми аккордами.
Словно - молодая девушка и почтенная матрона эпохи Возрождения.

Иногда определяешь…
Иногда определяешь произведения искусства как - "сильно" и "не сильно". И это отнюдь не совпадает с "нравится" и "не нравится".
Маркес - это сильно, но не нравится.

"От жажды умираю над ручьем…"
Это лето было словно вода, которую пьешь, пьешь и никак не можешь напиться. Жадные глотки, а потом вдруг чувствуешь, что полон. Переполнен до краев. И допиваешь стакан скорее из чувства долга - осталось еще две недели лета, и их надо прожить столь же интересно.

Возвращаясь к той же теме…
А еще это лето напоминало карусель. Когда события, лица, дела летят тебе навстречу, а ты ухватываешь только фрагменты, осколки мозаики. Полная картина, может быть, составится осенью…
А пока немного кружится голова…
И хочется, чтобы карусель наконец остановилась.

На концерте
"Тихий театр" выбрался с концертом на пляж…
Три коряги, лежащие неровным квадратом, густо раскрашены синей и красной масляной краской, с вкраплениями голубой и оранжевой. Одинокий ствол, торчащий в земле - видно, что не раз подпаливаемый, - должен играть роль факела. Публики - немного, половина из нее - обычная околотеатральная тусовка. По пляжу слоняются одинокие особи непонятного пола.
Но стоило раздаться первым звукам - а музыка соответствующая, "медитативная", как модно выражаться теперь, - и… лес ожил. Ожил дальний берег, сосны на высоком обрыве, море зашумело в такт, ожил даже огонь в дымящем во все стороны костре… Они узнали, наверно, что-то давнее. И пляж исчез, исчезла будочка лодочной станции. Лес словно стал таким, каким стоял он здесь и сто, и тысячу лет назад… Масляная краска вдруг показалась охрой…
И не надо удивляться, что потом два дня подряд дул ураганный ветер.
А "Тихий театр" так, наверно, и не понял, что это их рук дело.

Когда на душе тяжело…
Тогда спасает только музыка.
И неважно - поешь ли ты сам, или попросту слушаешь магнитофон.

Как истинного холерика…
Как истинного холерика меня более всего раздражает неопределенность. Скорей, скорей, пусть абы как - но расставить все точки над… "и"? Вот именно - а если буква "и" не латинская?

"Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман…"
А вот это - просто ложь. Та нечестность по отношению к себе, которая может обернуться самой обычной бедой.

"Полезные" советы
Как убить время?
Можно вязать или вышивать. Переводить - тоже неплохо. А главное - какая польза…
Поболтать по телефону.
Но больше и лучше всего съедает время компьютер.

Основной принцип нашего времени
Дай!

Основной принцип христианства
На.
И даже не по первому требованию… Просто - на.
На - надо? Надежда? Однокоренные слова? Какое счастье, что я - не филолог, и могу строить любительские предположения.

Молитва за друга
Дай ему, Боже, обрести всё, что он хочет обрести! Не дай ему, Боже, потерять то, что он может потерять!

"Литературоведческие" измышления
Читая английскую литературу последних трех столетий, начиная от Конгрива и заканчивая Голсуорси, убеждаешься, что описывается в ней исключительно одно и то же - жизнь почтенного сельского сквайра в разных видах. Кабриолет сменят автомобиль, но жизнь сельского сквайра неизменна. Даже в "Острове сокровищ" описываются потрясающие приключения… все того же сквайра.

Они же…
Одни упрекают Золя в излишнем натурализме, другие - в излишней описательности. Но у него есть редкое для писателя качество - он любит людей.

Работа
Одна наклейка, вторая наклейка, третья… Прозрачные кружочки заклеивают прозрачные конверты - когда выше, когда ниже, а когда удается ровно посередине требуемой линии. И вдруг попалась серебристая…
Variatio delectat.

Если бы в Академгородке…
Если бы в Академгородке ставили памятник литературному герою, самым уместным был бы - Антону, дону Румате Благородному. С красным соком земляники на руках.

Еще о цветах
Январь - гвоздика, февраль - орхидея, в марте - мимоза, а в апреле - подснежник. Цветок мая - нарцисс, июня - тюльпан, июля - пион, и августа - гладиолус. Сентябрь - астра. Октябрь - тигровая лилия. Ноябрь - белые хризантемы. В декабре уместна только хвоя.
И лишь розы, розы хороши всегда.

Мода
Десятилетие-полтора назад - Кафка, Камю, Пруст.
Нынче - Борхес, Бродский, Гессе.
Хорошо, хоть модных читают.

На каком-то этапе жизни…
На каком-то этапе жизни вещи начинают давить. Их количество угнетает. Даже книги не кажутся столь уж нужными.
И тогда лучше всего начать раздаривать их - они не уходят, не исчезают, они просто меняют хозяина. Но книги даришь, как котят и щенят - "исключительно в хорошие руки".

Каждому возрасту - свое поведение
Беда, да и только! Только привыкнешь к 25-ти - глянь! - тебе уже 28.

О масштабах
Так и живет - кто масштабами семьи, кто - масштабами страны.
Смешнее, когда масштабами мира. И миру наплевать, и тебе в повседневной суете - незачем.

Ответ
- Что не должно сломаться, то не сломается.
- А ты не ломай, оно и не сломается.

28 августа
Достаем пуховые и верблюжьи одеяла. Лета будто и не было…

Поздно ночью иногда думаешь
Смерть - самое великое искушение. Так просто - не бороться.

И снова о стране
При чехарде царей и временщиков, секретарей и президентов честному человеку остается лишь одно - просто служить Отечеству.
И неважно - работаешь ли ты преподавателем в ВУЗе за "смешную" зарплату, раскручиваешь ли свое дело и вертишься как белка в колесе, или баллотируешься в районный совет от коммунистов. Отечеству нужны все, для него в самом деле все равны. А вовсе "не всё равно", как говорят многие, пытаясь оправдать свое бездействие.
Главное, чтобы интересы Отечества были для тебя все-таки выше собственных.
И только в одном случае ты можешь идти с ними вразрез - когда затронуты интересы человечества. Ибо…
Впрочем, я опять о высоком.

"Осенние мотивы"
Стекла запотели, и за окнами уже черно.
Седая женщина перебирает зеленые помидоры. На кухне уже висят золотистые связки лука. На столе - забытый красный перец для салата.
На полках вместо ваз - маленькие тыковки. А самая большая - на полу, ее не выдержит даже шкаф. Словно карета Золушки.
Когда на бал?

С приходом осени…
С приходом осени все сильнее охватывает тоска по дальним странам. Но не сейчас… попозже, попозже… когда облетят последние листья, и успеет надоесть первый снег.

Что омерзительнее всего
Общаться с мертвецки пьяной немолодой женщиной.
Прихлопнуть голой ладонью насекомое.
Заниматься любовью, когда болит голова.
Видеть, как молодой орет на пожилого.

В минуты одиночества…
В минуты одиночества, когда кажется, что весь мир покинул тебя, спасает только одно - ты садишься писать письма старым друзьям. Что взбредет в голову…
И вовсе не обязательно отправлять это письмо.

Еретическая мысль
Если судить по обилию (засилью!) женских имен в жанре "фэнтэзи", то невольно закрадывается подозрение: уж не Женщина ли - наш Творец?
А кто бы еще так упорно выдвигал мужчин на первые роли?

5 октября. Вечер
Стойкий запах дыма, лишь изредка ветерок притащит из дальнего леска прохладный запах прели.
"Дежа-вю". А может, и вправду было…

Жаль, не запомнила режиссера…
Англия. Шекспир "Как вам это понравится". Классика…
Но вместо сельской хижины - вагончик-трейлер. Вместо дремучего леса - окраина города: ржавые трубы, картонные ящики. Вместо шелка или замши - куртка-аляска, потертые джинсы. На бетонных стенах - "пасифики", "Rosalinda" цветными мелками. Жесты обычно-развязны… оч-чень современная молодежь!..
И вдруг слышишь самого Шекспира, его роскошный язык…

Осень
Небо похоже на обиженного ребенка - хмурится, куксится, но никак не решается пролиться дождем. За несколько ветреных дней облетели все листья. Мир кажется ненастоящим, словно на картине в стиле "гризайль" - у художника в палитре только два цвета: серый и коричневый. Всевозможные оттенки этих цветов заглушают все вокруг, и случайный желтый лист выглядит неуместно крикливым.

Перечитывая "Имя Розы"
Кто знает, если бы не наше чувство юмора - особенно "черное" - смогли бы мы пережить все наши горести?
У вальденсов много общего с пацифистами, Ганди и подобными движениями. Всё не ново.
Есть другие способы для священника стать незаменимым кроме знания церковнославянского или латыни. Нужно нести Слово, а на каком языке - так ли уж важно? И все же так хочется иной раз услышать Евангелия на древнегреческом…
Глас народа - глас Божий? Идея Роджера Бэкона заключается, по сути, в возможно большем образовании для народа, ибо, чем выше нравственное образование, тем выше дух. Но именно нравственное. По сути, мы не выполнили (и не выполняем) не только заповеди Христа, но даже первые десять. Самые элементарные. О каком втором пришествии можно говорить?

Сонет
Теза… антитеза… синтез…
Сколько именующих себя поэтами смогли бы написать классический сонет? Не ввести ли такой экзамен?

Фотографии Египта
Небо над пирамидами словно бы выцвело от вечности. А песок настолько мелок, что торопит время в песочных часах. Все серо.
И лишь верблюд разукрасил себя синими и оранжевыми попонами и помпонами, как молодящаяся старуха.

Есть две категории людей
Одни ставят вопрос: "Делать или не делать?"
Другие: "Как мы это будем делать?"

Поездка в город
Мимо мелькают, едва прикрытые снегом, ржавые рельсы и ржавые травы. Время тянется так долго, словно мы плывем в другом его течении. На каждое скопление домов - оживленная реакция: "Ужели подъезжаем к городу? Ах, это только Матвеевка!.." Впереди еще, как минимум, полчаса маеты.
Нигде у людей нет более страшных - пустых и усталых одновременно - лиц, как в "маршрутке", ползущей до города без остановок.

А Шотландия, оказывается…
А Шотландия, оказывается, - это ледники на вершинах гор и косматые коровы. И похожа не то на Алтай, не то на Кавказ…
Но Англия точно такая, как описывается в книгах - ухоженная.

Металлы
Платина льда. Медь сосновых стволов. Свинец старого снега. Сталь степной травы или морских бликов. Золото солнечного луча, ударившегося о стекло серванта.

Зима
Все вокруг окутано сплошным белым туманом - снежинки настолько малы, что глаз не замечает их, и лишь легкая, словно кисейная дымка скрадывает очертания домов, делая их нечеткими, окутывая мир тишиной. Скоро сугробы станут большими и пушистыми.

Ах, эти странные женщины!
У женщины два желания: поскорее влюбиться… и, чтобы эта дурацкая влюбленность поскорее кончилась…

Перечитывая Даля
Одно слово - "брат". И сколько к нему… Братец, братик, браток, братишка, братенок, братан, братаник, братена, брательник, братушка, братуха, брателко, братейко.
А еще очень нежные слова - баловушка… и перетяпки - мелкие дровишки.

Куросава "Расемон"
Уселась с интересной книжкой. Включила телевизор, чтобы поглядывать изредка, а потом сказать: "Да-да, конечно смотрела…"
Обнаруживаю через пять минут, что книжка отброшена, а я смотрю, не отрываясь, не в силах оторваться…
И так с каждым фильмом Куросавы…
А я ведь его не люблю.

З1 декабря
В суматохе предпраздничного дня особенно (с детства) люблю те полчаса затишья, когда выключаешь свет, чтобы прилечь отдохнуть и долго-долго смотреть на огоньки елки. В эти полчаса мир почему-то окутан тишиной. Нет, ты слышишь и неясный говор телевизора у соседей, стук тарелок на кухне, хлопок ракеты на улице, запущенной не утерпевшими мальчишками, но все это не доходит до сознания… Есть только ты, красные и зеленые горящие звездочки гирлянды, замотанной-перемотанной синей изолентой, запах хвои и тишина твоей привычной и такой загадочной сегодня комнаты…

Сайт создан в системе uCoz